…обливаются холодной водой, делают гимнастику.

– Добровольно? - за окнами редакции мела январская вьюга. – Что-то не верится!

– А еще они хорошо играют...

– В карты?

– В театре!

Оказывается, «культурно-оздоровительное» учреждение – это не что иное, как Березанская колония строгого режима в сотне километров от столицы. В приемном отделении офицер требует сдать мобильные телефоны, мы послушно разоружаемся и выходим во двор.

Обзор традиционно начинаем с карцера, что расположен глубоко в подвале пятиэтажного здания. Все камеры, как на подводной лодке, тщательно задраены. Надзиратель приглашает заглянуть в окошко – трое провинившихся шустро разделываются с обедом.

– За что попали в немилость? - спрашиваем через амбразуру.

– Спать любим много, - улыбаясь, отвечает один.

– А если серьезно?

В ответ – дружное молчание. На выручку приходит замполит: «Бражку приспособились гнать...»


В колонийском магазине, как известно, спиртного нет, но местные умельцы научились добывать градус из забродившего варенья. Что же касается более культурного времяпрепровождения, то многие тут заканчивают среднее образование, 500 человек (из полутора тысяч) заняты в машиностроении – клепают сеялки да веялки. Увы, зарплата у слесарей и рукодельников символическая – чуть больше ста гривен... Еще выводят всякую декоративную живность вроде перепелов, посещают клуб, а в библиотеке несколько десятков тысяч книг: читай – не хочу... И, надо сказать, еще как хотят!

Заглядываю в один из цехов, где двое мужчин что-то старательно мастерят. Один перерисовывает картину Айвазовского с маленькой открытки, другой реставрирует какие-то старинные иконы. Похоже, что оба – настоящие мастера своего дела.

– По какой статье сидим? - спрашиваю того, кто постарше.

– Меня зовут Олег, попал за то, что на соседа не настучал. Сторож дачи, на которой я работал, держал на чердаке мешок маковой соломки. Нагрянула милиция, меня как соучастника загребли и дали шесть лет. Правда, нашли еще 200 патронов...

И вот, наконец, святое для колонистов место. Рядом с производственным строением – небольшой бассейн высотой чуть больше полутора метров. По очереди трое человек быстро ныряют в ледяную воду, натираются свежевыпавшим снегом. Потом дрожащие, но довольные разогреваются гимнастическими упражнениями...

Молодой зек объясняет:

– Во-первых, закаливает, во-вторых, развивает силу воли, ну и после этого на жизнь начинаешь смотреть по-другому. Лично меня Иванов многому научил. Я даже пытаюсь голодать по нескольку дней... Поначалу было тяжело, тем более что работаю-то я на кухне. Вкусные запахи просто с ума сводили. Но после двух дней все приходит в норму. Теперь я точно знаю – к воровству уже не вернусь. Да и не надо мне этого. Мы тут в себе такие таланты открываем: и спектакли ставим, и в КВН играем. Одна вот проблема – надо с кем-то соревноваться, да не с кем. Приглашали команды из разных институтов, а они не хотят к нам ехать – боятся.

– Я считаю, что спектакли им лишь на пользу, - говорит начальник ИТК Иван Трубка. – Поэтому они и стали такие активные, сколотили театр. Они даже меня критикуют!

– А побеги были?

– Сама колония была построена в 1962 году. И на моей памяти (20 лет работы) побегов было три: первый – в 1980 году – пятеро зеков сделали подкоп и выбежали. Охранник знал об этом, но не сообщил начальству – хотел поймать их на горячем в тот момент, когда будут покидать пределы зоны.

Однако парни оказались шустрыми и выскочили раньше, чем он предполагал. Искали их недели две – нашли всех в этом районе. Двое зеков подкупили охрану, выдолбили окошко и выбежали, после чего охранник просто поставил его назад. Одного парня поймали через пару дней, а его напарника через три года.

И буквально несколько лет назад был случай – когда во время работ парень закрылся в шкафу, а потом сбежал. Настигли его в Одессе на вокзале…

Колония произвела на меня какое-то двойственное впечатление. С одной стороны, страшные решетки, забор с колючей проволокой, паханы, собаки и суровое руководство.

А с другой – какие-то слишком веселые убийцы, насильники, наркоманы и воры. Когда мы уже выезжали из колонии, колонисты нам кричали вдогонку: «Приезжайте к нам на Восьмое марта. Мы такой концерт устроим!..» Конечно, тюрьма это не курорт, но даже то обстоятельство, что в ней рождаются актеры, режиссеры, художники и поэты – уже о многом говорит...