Типа, фу, гадость какая – журналист…

Пальцем – в рану

Итак, есть следствие, но где же причина? Почему не любят братию пишущую, отчего брезгливость вызывает само это слово – «журналист»? Не задумывались об этом те, кто с завидным постоянством вывешивает на форумах различных статьи жалостливые?

Вот, мол, обидели журналиста, послали в места, куда «ходить» по техническим причинам весьма непросто. А в контексте чего коллегу с диктофоном туда отправили, никто особо не интересуется. А зря.

Помнится, года два назад случилось мне присутствовать на одном ДТП. Погибла тогда молодая девушка. На переходе погибла. Урод, сбивший ее, попытался скрыться, но далеко не уехал, заглох. И вот на место происшествия, к мертвой девушке, накрытой каким-то одеялом, подбегает парень. Падает на колени, кричит. Так кричит, что кровь в жилах стынет, так кричит, что кажется, пространство рвется на части, время останавливается, замирая от ужаса…

Подъезжает машина с логотипом одной известной телекомпании. Из машины выпрыгивают двое. Один – с камерой. Видят (и слышат) молодого человека, на коленях перед телом стоящего, и – к нему. Под нос начинают совать микрофон. Вопросы задавать. Торопятся. Надо успеть чужое горе непоправимое запечатлеть. Вдруг сейчас парень в себя придет? Надо его отчаяние показать, надо препарировать его чувства…

Парень смотрит непонимающе, переводит глаза мокрые с того, что с микрофоном, на того, что с камерой. И тут один из людей, что стояли сзади и смотрели, едва сдерживая слезы, на то, как человек переживает смерть близкого, не выдерживает. Мужик в майке, руки, как клешни, лицо обветренное. Водила обычный, казалось бы, – что там у него в душе? А в душе у него поболее, чем у журналистов, оказалось. Подошел к тому, что с микрофоном. Ты, сука, говорит, вали отсюда. А журналист, как тараканчик, лапками засучил. Слюнками брызжет. На свободу прессы наезд! Оператор по лицу мужика сообразил, что дело плохим кончится, камеру убрал, посмотрел даже виновато. А таракашка так и не понял ничего. Еще долго щечки надувал, пыхтел обиженно…

Мега-расследование

Подконтрольное киевскому мэру издание «Вечерний Киев» расследование провело. Статью опубликовало. В статье рассказывалось о том, что в МРЭО нет бланков удостоверений. Нормальная статья, нормальная констатация факта. Если бы не набившие оскомину рассуждения о Луценко, то все было бы окей. Все, да не все. Непонятно, зачем вставил автор в статью высказывание о том, что, мол, в киевском МРЭО без труда можно права купить за 200 долларов. А в прошлом году вообще по 100 продавали.

В Департаменте ГАИ статью прочли. Заинтересовались. Начальник пресс-службы в редакцию позвонила, попросила факты предоставить. Ей сообщили, что журналист «в отпуске», что уехал и т.д. В общем, «нет его сейчас». Журналиста «нет», а проблема есть.

Следует заметить, что продажа водительских удостоверений имеет место. Вернее, существует схема, завязанная на автошколах. Но цена этой услуги – от 600 («нормальная» цена – 1000) и до бесконечности. Но никак не 200, и тем более – не 100 долларов. Причем честно отучиться в автошколе стоит 500. Занимаются такими вещами всего пара-тройка посредников, и ни о какой массовости речи быть не может. Выходишь через знакомых на знакомого знакомого, тот с тобой встречается, через знакомых тебя «пробивает». То, что такое существует, и в Департаменте не отрицают. А тут статья с вопиющими фактами.

Вызвонила начальник пресс-службы журналиста. Попросила, чтобы тот фамилию работника МРЭО назвал, того, кто неподготовленным людям права так запросто выдает. Того, кто экзамен принимает. Да вот незадача – не сказал журналист фамилию. Говорит – «это мои информаторы». Кто информаторы? Сам берущий тебя так проинформировал? Хорошо. Назови, что это за МРЭО. Опять отказ. Не назову, мол. Так зачем ты вообще статью написал-то? Написал, и последовал закономерный ответ. Вернее – вопрос. Мы готовы разобраться и поймать этого урода, на улицу неподготовленных водителей выпускающего, но информация нужна – кто, где, когда. Молчок.

И закрались сомнения – а не выдумка ли это? Сидел, в носе пальцем ковырял, дай, думает, напишу статью. Написал. С умными людьми не посоветовавшись. А умные люди рассказали бы, сколько права стоят, если это не абсолютный ксероксный «левак». Не посоветовался. Написал. Если слово – не воробей, то написанное слово – это настоящий снаряд, который уж точно не «поймаешь». Человек написал чепуху, значит, должен признать, что это – чепуха. Не признал.

Более того, еще одну статью опубликовал. И опять-таки, рассказал о том, как ГАИ зарабатывает на продаже прав. В рубрике «собственный опыт» статья вышла. Опять в статье рассказывается о «собственном расследовании», о том, какой Президент молодчина, что нагоняй ГАИ дал, о том, что до Луценко милицейский мундир был «образцово-показательным» и т.д. А потом опять суммы указаны – 200 долларов, 100 долларов... В МРЭО на улице Туполева.

Рассказывается в статье о том, что каждый человек с улицы может заплатить 200 у.е., сдать на права и идти на машине кататься.

Уважаемый мастер пера и слова! За 200 долларов можно получить только по роже в подворотне. Права за 200 долларов купить НЕВОЗМОЖНО! Нет таких цен в столице. Несколько лет уж, как нет. В статье присутствует подзаголовок – «Реакция луценковских шавок». И описывается, как пресс-секретарь Департамента ГАИ звонила журналисту-фантазеру. Написано, что на газету «давление оказывали», а «журналисту домой неизвестные звонили». Короче, персона равная Черчиллю. Кроме того, начальник Департамента ГАИ МВД Украины Коломиец назван в статье «начальником городского Департамента». Перед тем, как писать статью, лень уточнить, что такое Департамент вообще?

Можно относиться к ГАИ как угодно. Можно ненавидеть МРЭО. Но при этом можно смотреть на вещи объективно (!), без идиотических фантазий и выдумок. Да, «левые» права сделать реально (если не кинут на деньги и фуфло не всучат). Да, можно найти людей, которые такими услугами занимаются. Но журналист «мэрского» издания написал чушь. И Департамент ГАИ вправе подать за эту чушь на «мэрское» издание в суд. Кто в этой ситуации больше похож на «шавку»? Тявкающую, исходящую лаем писклявым, не имея на то никаких оснований? Самое смешное – когда подонка, занимающегося продажей прав, выловят-таки, писака, сочинивший свою сказку для непосвященных, изречет: «Вот, благодаря изданию был пойман…»

Во многих редакциях сидят люди некомпетентные, а порой – малограмотные. Это носит уже эпидемический характер. В редакциях строчат нелепые заказухи, нимало не стесняясь очевидных несуразиц. А, влезет. А, пройдет. Если не влезет и не пройдет – отгавкаемся как-нибудь…

А теперь, после всего вышеизложенного, скажите – за что журналистов любить?