…не беспокоился. Бывшие оборонные заводы по большей части либо перепрофилированы, либо просто не могут выполнять свои прямые функции, и, в основном, выпускают мирную продукцию – от «стратегических» кастрюль до «военно-транспортных» троллейбусов. А вы еще не видели в действии новую сковородку с лазерным наведением?


Нет необходимости противопоставлять НАТО (военный блок) нашему ВПК (отрасль промышленности), так как оные не являются конкурентами. Даже наоборот, украинские предприятия до последнего времени для повышения конкурентоспособности своей продукции изменяли формат своей продукции под стандарты НАТО (в части артиллерийских видов вооружения).


Украинская «оборонка», как и экономика, имеет продукцию, ориентированную как на Запад, так и востребованную на Востоке, и единственная проблема – наличие платежеспособного спроса и конкурентоспособность. В целом наш ВПК на Западе не ждут, а на Востоке «сами с усами», т.е. у них самих стоит проблема, куда продавать свои вооружения.


Заявления о скором возрождении ВПК с учетом укрепления сотрудничества с Россией имеют одну любопытную особенность. Порой наша «оборонка» идет навстречу… основному ее конкуренту. Нас вполне устраивают российские зенитно-ракетные комплексы С-300, защищающие мирное небо, но когда российские танки на тендере где-нибудь в Сингапуре являются прямыми конкурентами украинским, то о дружбе речь не идет. Практически на всех региональных рынках сбыта российские структуры выступают не столько как поставщики украинского ВПК, а как прямые конкуренты.


Не все гладко и в самой России. Активный PR российских военных учений и запусков ракет – не более чем попытка напомнить о былой мощи, ведь в России не хватает средств на приобретение новых вооружений. Перед российским ВПК уже не первый год стоит дилемма: продавать ли за границу те образцы вооружения и техники, которые по разным причинам не востребованы в национальной армии?


Парадокс ситуации заключается также в том, что до нынешнего момента Украина в оружейном аспекте, кроме как «Кольчугами» и пакистанским танковым контрактом 1996 года, ничем особенно не выделилась. Собственно, даже эти оба проекта обошлись Украине крайне дорого. «Кольчуга» обошлась 2-летним снижением доверия Запада, а в случае с пакистанскими танками Украина вооружала врага друга России (Индия – один из крупнейших импортеров российской военной техники).


В еще не утвержденном госбюджете на 2005 год на армию выделено около 6,3 млрд. грн., а с учетом того, что в 2003 году для нужд Вооруженных сил Украины техника, боеприпасы практически не закупались, то госзаказ на 2005 год на разработку и покупку новых вооружений будет, в лучшем случае, минимальным. Поскольку танк Т-84 и некоторые другие разработки пока государству не по карману, то Кабмин выделил 40 млн. на модернизацию 17-ти танков Т-64-Б до уровня разработанного на заводе им. Малышева танка «Булат» (собственно, завод и будет модернизировать танки). А если украинские склады будут взрываться так же часто, как и раньше, то скоро придется потратиться и на закупку боеприпасов.


За 1999 - 2003 гг. объем отечественных военно-экспортных поставок и услуг оценивался более чем в $2,5 млрд., благодаря чему Украина последние несколько лет исправно входит в десятку стран-экспортеров оружия. Однако наблюдается постоянное изменение качественной структуры экспорта: доля сбыта готовых и новых изделий и образцов снижается в пользу сервисных услуг, поставок запчастей и комплектующих. Точечные и во многом случайные нетехнологичные проекты для полной реанимации ВПК не помогут. Украинскую «оборонку» можно качественно подправить только за счет экспорта и госзаказа, но для этого нет достаточных финансовых и технологических оснований.


Российский ВПК в этом году хочет получить выручку от экспорта оружия в $4,1 млрд. (в 2003 году - $5,1 млрд.). В дальнейшем можно прогнозировать снижение покупаемости российской продукции в силу того, что основные покупатели – Индия и Китай – могут отказаться от закупок самолетов и кораблей, составляющих сейчас свыше 50% «военного» экспорта РФ в эти страны. Эти две азиатские державы накапливают ресурсы для собственных разработок, началом чего является покупка чужих технологий и лицензий.


ВПК Украины обладает высоким экспортным потенциалом в сфере танкостроения, авиастроения и авиаремонта, судостроения, радиолокации и приборостроения военного предназначения, разработки и модернизации различных видов вооружений. Правда, военно-транспортную авиацию Украины категорически не пускают на Запад, но и Россия уже фактически отказалась от совместного производства АН-70. Несмотря на это, сотрудничество с Россией перспективно именно в сфере авиапрома. Подтверждения тому – проект в сфере вертолетостроения на базе «Мотор-Сич», переговоры про «отверточную» сборку ЯКов и т.д.


При этом отрасль высоких технологий, к сожалению, остается прерогативой Запада, который вряд ли допустит Украину на рынки третьих стран. Судостроение хотя и перспективно (фрегаты, корветы, суда на воздушной подушке и береговой охраны), но влияет сугубо точечно (в формате разовых заказов). Кстати, успешность новых разработок упирается в наличие созданного опытного образца. Часто-густо «образец» требует вложения значительных средств. Отсутствие действующего образца сводит к нулю успехи на внешнем рынке, т.к. на тендерах и выставках обычно показывают реальные модели, а не муляжи.


Из последних разработок стоит упомянуть разработку в Украине пистолета-пулемета «Шмайсер» (!), корабля береговой обороны, пограничных бронекатеров для Узбекистана и высокоточного комплекса «Дятел» для поражения целей на расстоянии до 2,5 км. Точечные проекты? Зато украинский ВПК понемногу оживает. А там – кто знает, может, если государство таки повернется к ВПК лицом, окажет реальную помощь, нашей продукции удастся пробиться и на серьезные мировые рынки высокотехнологичных вооружений и техники.