Скоро киевляне смогут в очередной раз увидеть стройные ряды военных на Крещатике – близится 13-я годовщина Независимости Украины, которую, так же как и в прошлом году, решено почтить «облегченным» парадом – без тяжелой техники.

Но пока сводные батальоны парадного расчета натирают мозоли и сбивают ноги на тренировках по шагистике (чтобы блеснуть 24 августа перед восхищенными налогоплательщиками накладным золотом погон и позвякать особыми парадными подковками), самое время задать себе вопрос – а что, собственно, действительнопредставляют собой Вооруженные силы независимой Украины на 13-м году Независимости?


Уж мы их душили-душили

После «растрескивания» и растаскивания СССР в 1991 - 92 гг., Украине достались более чем солидные Вооруженные силы, но – увы - далеко не те, которые ей были нужны. Огромные массы войск, оружия и боевой техники, предназначенные для ведения отнюдь не оборонительной войны и сосредоточенные на территории Киевского, Одесского и Прикарпатского военных округов, на базе которых во время ведения боевых действий должны были разворачиваться полнокровные фронты, несущие «освобождение от капиталистического рабства» трудящимся не только Западной Европы к триумфальному окончанию перестройки, завершившейся кое-где в иных районах «великого и могучего» вполне серьезной перестрелкой, оказались принадлежащими Украине отнюдь не по принципу международного права и даже не национальному признаку. Все решила география: все, что находится на территории нашей державы на момент развала СССР, должно ей и принадлежать.

Понятно, что основной вопрос стал не столько о вооружении и боевой технике, сколько о материальных ценностях, сосредоточенных на складах той наиболее загадочной части армейского сообщества, которая зовется тылом, и которая, согласно советским еще уставам, всегда является стороной «противоположной фронту». Однако, как ни удивительно, поделить «движимое и недвижимое» имущество Советской Армии оказалось не так-то уж трудно. Правда, и тут не обошлось без сомнительного рода акций вроде захвата некоторых военных городков и ряда других объектов «національно-свідомою» частью защитников отечества с соответствующим превращением их оппонентов в «оккупантов».

Впрочем, следует признать, что дележ неодушевленных материальных ценностей в Сухопутных Войсках и ВВС (за исключением Стратегической авиации) прошел по-военному четко – чтобы не сказать даже «бодро и весело» - и закончен был в кратчайшие сроки – 1992 - 1993 гг. Чего никак не скажешь о Военно-морских силах, где «семейные сцены» (с легкими рукопашными схватками, отрыванием на береговых базах окопов в полный профиль и прочими прелестями совместной жизни) продолжались вплоть до конца 1995 года (кстати, именно тогда был спущен последний советский флаг на последнем советском корабле). И тут вдруг оказалось, что самое сложное у «молодых» Вооруженных сил независимой Украины еще впереди. На повестку дня вышел гораздо более болезненный вопрос – кадровый.

Пожалуй, самым главным (невольным!) заблуждением первых лет украинской независимости была уверенность в том, что военная служба и дальше будет столь же востребована государством. Недостатка в офицерах (а тем более – в генералах), желающих служить, а к тому же – не на Дальнем Востоке или Севере, а в родной уютной Украине, отнюдь не наблюдалось. Очереди стояли на прием в свежесформированное управление кадров ВСУ за долгожданным переводом из медвежьих, тараканьих, скорпионовых и прочих уголков бывшей Страны Советов.

Но – увы и ах! Действительность очень скоро повернулась в принявшим присягу на верность народу Украины своим жестоким капиталистическим лицом – содержать Вооруженные силы численностью под 400 тыс. человек нашей державе оказалось как-то не под силу – особенно, содержать на уровне, позволяющем «защитникам отечества» не то что вспомнить добрым словом прежние, «тоталитарные» времена, но хотя бы выжить! Сколько бы не ругали совковый рубль, но об официальной зарплате в 250 - 300, а тем более – в 500 у.е. (а именно столько в «деревянных» получал офицер во времена СССР), ни в середине, ни к концу 1990-х, ни даже сейчас в Украине и мечтать не приходилось.

Правда, и реформировать (вернее – сокращать) Вооруженные силы никто официально не спешил: во-первых, как-то нехорошо с идеологической точки зрения получалось – сперва набрали, потом разгонять, а во-вторых (что более важно), увольняемых в запас нужно было как-то обеспечить – и пенсиями (кто заслужил) и квартирами (которых большинство не имело) и переподготовкой (не только молодежь, но и вояк преклонных лет – пенсия-то по своей покупательной способности, при любых раскладах, была значительно меньше прожиточного уровня – вот и попробуй, покрутись!).

Вот и потянулись: лейтенанты – в сторожа, капитаны – в грузчики, майоры – в продавцы ночных магазинчиков киосков, полковники… стоп, полковники большей частью остались на месте и начали продумывать (и проводить в жизнь!) варианты получения дополнительного заработка по постоянному месту службы. Благо, средства производства (универсальная, бесплатная рабочая сила – солдаты срочной службы), помещения/участки для сдачи в аренду, техника, топливо и даже начальный капитал у подобных дельцов с погонами уже были под руками. Мы, конечно, далеки от того, чтобы зачислять в «армейские бизнесмены» всех старших офицеров ВСУ – именно тогда, в середине 1990-х, в их среде и завершился раздел на «панов полковников» и «эй, полковников» - по экономическому, как вы сами понимаете, признаку.

Что же касается генералов… украинские генералы (особенно те, кто получил вожделенные звезды и лампасы в результате оперативной «украинизации»), судя по всему, чувствовали себя сухо и комфортно – при любой инфляции как материальных, так и духовных ценностей. Итак, рядовые исполняли «почетный долг», офицеры пытались заработать себе на хлеб насущный (кое-кто еще и с маслом, да с икоркой), политики делили власть – по большому счету, в Украине никто официально о сокращении Вооруженных сил всерьез не говорил, а между тем…

Мильоны – вас. Нас – тьмы и тьмы и тьмы…

А между тем, не дожидаясь «реформы сверху», в украинской армии началась «реформа снизу». Из Вооруженных сил сплошным потоком начали увольняться молодые офицеры (до капитана включительно) и молодые пенсионеры (успешно «дотянувшие» до минимально необходимого 20-летнего срока). Первые не надеялись получить что-либо от «государевой службы», а вторые, получив хотя бы минимум, спешили перестроиться и найти себя в новой, гражданской жизни. Однако основное ядро офицерского состава, в особенности, наименее эффективная, но наиболее уютно пристроившаяся его часть, осталась на месте. В результате, несмотря на все «тяготы и лишения» воинской службы (вроде бесквартирья, задержек с выплатами и без того нищенских зарплат и прочего), даже к концу 2000 года в рядах Вооруженных сил Украины находилось около 330 тыс. человек. Для сравнения – в то же время численность Вооруженных сил Польши составляла около 206 тыс. человек, Румынии – 190 тыс. человек.

В этих условиях 7.12.2000 года и был принят Закон “О численности Вооруженных сил Украины на 2000 - 2005 годы”, устанавливавший поэтапное их сокращение. Так, до 31 декабря 2001 в стране должно было остаться «только» 310 000 военнослужащих и 90 000 наемных (гражданских) специалистов военных ведомств. Затем на протяжении пяти лет предлагалось постепенно - от 2500 до 5000 человек в год - сокращать в стране количество людей с погонами с тем, чтобы к началу 2006 года ВСУ насчитывали «всего» 295 тыс. военнослужащих и 80 000 гражданских специалистов. В Украине гордо заговорили о предстоящей реформе Вооруженных сил, которой якобы был дан старт, но…

Уже только из цифр, приведенных в знаменитом законе, даже непосвященному во все тонкости армейского быта налогоплательщику становилось понятно, что его в очередной раз собираются одурачить. За пять лет ВСУ предполагалось сократить всего на 15 тыс. человек – на 4,8%! Для наиболее финансово емкой по содержанию их части – офицерского корпуса - подобные планы отражали практически естественный процесс выхода на пенсию, без каких-либо структурных преобразований. Более того, порыв младших офицеров, желающих расстаться с военной службой для сохранения подобных показателей, Министерству обороны Украины пришлось бы еще и сдерживать.

Для сравнения, в том же 2000-м году, в соседней Польше была принята программа реформирования Вооруженных сил, согласно которой общую их численность только за три года предполагалось сократить с 206 до 150 тысяч – т.е. почти на 38%! При этом основа Войска Польского – сухопутные силы - к началу 2003 года должны были состоять из 88 877 бойцов (точность–то какая!).

Примечательно, что особое внимание поляки уделили именно структурной реорганизации офицерского корпуса – в направлении изменения соотношения количества старших (высших) и младших офицеров – в пользу последних. Согласно официальным открытым (вот она – гласность для налогоплательщика, за чей счет и содержатся ВС) данным МО Польши, в настоящее время в Войске Польском служат 28 генералов, 5 219 старших и 8 806 младших офицеров. Возможно, мы доживем до того светлого часа, когда будет обнародована и подобная информация о Вооруженных силах Украины. Пока это, по всей видимости, секрет, но все же представляется, что и сегодня в одном только Киеве генералов гораздо больше, чем во всем Войске Польском…

Увы, в Украине вопрос проведения военной реформы часто пытаются чрезмерно политизировать. На самом же деле, для его решения нужны только время и деньги, причем чем меньше остается времени, тем больше может понадобиться денег.