…фигурой не менее колоритной, чем сам лидер восставшего украинского крестьянства…

Свой путь в историю Лев Задов начал в 1911 году, когда рослого еврейского паренька приняли на Юзовский металлургический завод. Там 17-летний Левка увлекся анархизмом, с его романтическим бунтарством и экспроприациями. За них и сел спустя два года, когда полиция поймала его на третьем налете.

В феврале 1917 тюрьмы открылись, и 23-летний анархист вышел оттуда с высоко поднятой головой, полной различных планов. Взяв себе псевдоним Зиньковский, он избрался на родном заводе в Совет рабочих, крестьянских и солдатских депутатов.

Националистов Лева, как и все анархисты, не любил. Поэтому в начале 1918 года записался в Красную армию, которая силами двух бригад всего за месяц превратила недоразумение, именуемое Центральной Радой (одно упоминание о которой вызывало на Юге и Востоке Украины гомерический хохот), в исторический призрак.

Однако вскоре «свiдомi українці» вернулись в обозе оккупационной армии Германии. Красные отступили, оставив Украину в распоряжение немцев и Скоропадского, а те довели ее до всеобщего крестьянского восстания. Из него и вырос будущий шеф Левы, самый популярный в народе атаман Нестор Махно.

Командование Южного фронта направило Леву в тыл к немцам для подпольной работы. Когда немецкая армия в конце 1918 года эвакуировалась домой, он решил, что у большевиков слишком много дисциплины, и ушел к Батьке. Сначала был рядовым бойцом, но вскоре его избрали командиром полка.

В 1919 году началась его недолгая, но яркая карьера как ближайшего соратника атамана: помощник начальника контрразведки 1-го Донецкого корпуса, комендант Крымской группы, начальник контрразведки и личный адъютант Махно. Воевал с Деникиным, Врангелем, Петлюрой.

Заслугой Левы была идея использования для разведки стариков и подростков, которые под видом местных жителей на телегах путешествовали по тылам врага. В разведке постоянно находилось несколько групп, и махновцы всегда прекрасно знали оперативную обстановку.

Правда, стараниями Алексея Толстого и советских режиссеров Лев Задов того периода предстал в виде озорного атамана и жестокого следователя: «Вошел, несколько переваливаясь от полноты, лоснящийся, улыбающийся человек в короткой поддевке, какие в провинции носили опереточные знаменитости и куплетисты. «Если ты, сволочь, – сказал Лева тихим голосом, – будешь мне еще врать, я с тобой сделаю то, что Содома не делала с Гоморрой».

В итоге в народе, которому этот персонаж откровенно понравился, стали считать Леву Задова коренным одесситом, бывшим поэтом-сатириком, который якобы гулял по Украине, превращая грабежи и расстрелы в праздник черного юмора.

В конце 1921 года армия Махно была уничтожена. Половина крестьян разошлись по хатам, самые непримиримые погибли. Небольшой отряд из 77 человек, с Батькой и Левой во главе, перешли румынскую границу. Там их сразу же начали вербовать румынская и прочие разведки. Задов не возражал. Но когда в 1924 году его группу забросили в УССР с целью проведения диверсий, Лева сказал:

– Ребята, ну его к черту, этот террор. Пошли сдаваться!

И сдался. И не только не сел в тюрьму снова, но и стал оперуполномоченным ГПУ, где за добросовестную работу был награжден премией и именным «маузером» с золотой монограммой.

Работы хватало: в СССР до середины 30-х годов постоянно шли группы диверсантов, агитаторов, разведчиков. Брали их с боями, в которых чекист Задов дважды был ранен.

Подвела Леву тяга к интригам и свободолюбивый характер. Не смог он приспособиться к новым условиям. В 1937 году, когда Ежов начал Большую Чистку органов, его арестовали как «ненадежного», выдвинули нескольких глупых обвинений и поспешно расстреляли.

Реабилитирован Лев Задов в январе 1990 года.