…такого предложения была более чем прозаична – убрать с центральной улицы источник антисанитарии.

Были предложения и более лирического характера. Например, устроить в здании художественную галерею. Бесспорно, приобщение к искусству дает пищу человеку, но она, к сожалению, никак не осязаема его желудком. Тем паче, что во времена совдепа народ был не сильно избалован изобилием продуктов, равно как и количеством торговых точек, в которых оные были надлежащего качества. Посему здравый смысл победил. Бессарабка осталась тем местом торговли, каким она задумывалась более ста лет назад.

Еще в 1888 году инженер-полковник Фабрициус предлагал городским властям возвести рынок крытого типа на территории своей усадьбы, которая находилась на Думской площади (ныне территория в районе Главпочтамта). Отцы города не поддержали затею предприимчивого инженера, равно как и предложение купца Кучерова. Тот предлагал построить рынок на Майдане, на месте, где сейчас возвышается монументальная колонна с девушкой оттенка черепахи Тортиллы…

Рынок там все-таки построили – тоже крытый (вернее, подземный). Цены в нем хоть и не лают, но кусаются, впрочем, подобная ценовая политика характерна и для Бессарабского рынка, стоящего, по иронии судьбы, напротив памятника вождю пролетариата.

И скорбно зрит дедушка Ленин
(мечтавший, что денег не будет, как класс)
на то, как буржуй за огромные деньги
несет в шестисотый большой ананас.

Польский автор, еврейские деньги…

Если на Бессарабском рынке зарабатывают деньги, торгуя самыми разнообразными продуктами, то человек, благодаря которому он был построен, предпочитал торговлю сахаром. Звали этого человека Лазарь Бродский.

500 тысяч рублей в начале ХХ века – сумма баснословная. Именно столько в своем завещании оставил городу известный купец и меценат для возведения крытого рынка. Правда, при этом оговаривалось одно условие: город ежегодно обязан перечислять 22,5 тысячи на содержание Бактериологического института, детского отделения Еврейской больницы и ряда благотворительных обществ.

Власти не рискнули брать на себя такие обязательства и отказались от столь щедрого дара. Но не тут-то было. Вот что по этому поводу пишет в своей книге «Меценаты Киева» Виталий Ковалинский: «Выход из ситуации предложили душеприказчики Бродского: город выпускает облигации 4,5% займа, их покупают наследники Лазаря Израилевича, а благотворительные выплаты идут как проценты по займу. Когда рынок будет уже работать, на его доходы погашаются облигации, наследники приобретают новые ценные бумаги, с которых будет формироваться оговоренная субсидия на вечные времена».

Консенсус был найден – власти создали комиссию по строительству, в задании которой предусматривалось совместить в одном проекте помещение для… городской публичной библиотеки!

Лучшей архитектурной разработкой (к слову, с премией в 1000 рублей) была признана работа поляка Генриха Гая. Его проект под названием «Киев-граду» предполагал размещение 204 торговых мест, библиотеку с залом, способным принимать публичные концерты, специальное место для торговли цветами и ресторан. Увы, с обустройством библиотеки так и не сложилось. Хотя, согласитесь, размещение таковой на рынке – идея для современного человека весьма оригинальная.

В 1909 году киевская фирма Гугеля и Калмановского приступила к строительным работам. При этом использовались самые новейшие технологии того времени, как-то: применение железобетона, металла и стекла. Через три года Бессарабский рынок был сдан под ключ.

Аренда торговых мест «потянула» на 115 тысяч рублей в год. Помпезность, которая присутствовала при открытии и освящении рынка, не уступала тем шоу-программам, которые устраивают на сегодняшних презентациях. Правда, пели тогда не певуны и певуньи с приставкой «поп», а хор Софиевского собора…