Гремела музыка, хлопало шампанское, одни пары кружились в вальсе, другие шептались по углам. Никто будто и не помнил, что в этот день нужно в скорби поминать страсти Христовы, а не устраивать банкеты.

И вдруг раздался удар колокола. Звук был таким мощным, что от него в усадьбе повылетали все стекла. Вслед за этим в разбитые окна ворвался ледяной ветер, и одетые в легкие кружевные платья и рубахи гости кинулись было к дверям, но их заблокировала какая-то неведомая сила. В считанные минуты зал превратился в морг, заполненный скорчившимися, покрытыми инеем мертвецами…

Конечно, это всего лишь легенда, хотя, возможно, и основанная на каком-то реальном событии. И таких историй, сочиняемых народом, когда-то было великое множество. Православные сказки и предания в старину составляли целый раздел нашего народного фольклора, пожалуй, даже более обширный, чем былины про богатырей или истории о курочке Рябе. К тому же они были рассчитаны не на детскую, а на куда более многочисленную взрослую аудиторию.

Создавали их вовсе не в развлекательных целях или чтобы попугать. Самые древние из них появились как народные проповеди или притчи, в которых рядовая паства выражала свое видение основ христианской морали. Вот как про того же Мышлевича, который не соблюдал пасхальную традицию. А самые распространенные и популярные учили тому, что наживаться за счет своих братьев по вере, тем более обманом, – большой грех…

…Давным-давно жил один купец. Богатый был человек, но очень жадный и, что самое отвратительное, подлый. Свои капиталы он наживал во время неурожаев, ссужая крестьянам зерно или деньги под огромные проценты.

Но вот пришла к нему старость, и задумался он о Царствии Небесном – как бы туда попасть. Как и многие состоятельные люди, купец считал, что для этого будет достаточно поставить в церкви десяток пудовых свечей, а чтобы надежнее забронировать себе место в раю, он решил заказать для храма новый колокол. Дескать, поделюсь с Господом, вернее – с его служителями, Он и пристроит после смерти подле себя.

Колокол отлили. Привезли в церковь, освятили, подвесили – попы благодарно кланялись и желали купцу здравия, а вот прихожане на «мироеда» только хмуро косились. Звонарь перекрестился, дернул за веревку… но вместо благозвучного звука колокол выдал какой-то скрежет. Купец, понятное дело, расстроился, грозился поубивать литейщиков, а народ разошелся, посмеиваясь и многозначительно перешептываясь.

С тех пор этот скрежет преследовал купца каждую ночь, не давая ему спать. Он похудел, потемнел, стал слаб и чуть не тронулся умом. И вот однажды повстречался ему по дороге благообразный старичок (говорили, что это был сам святой Николай). «Что, Ивашка, не спится тебе? – вопросил он купца. – Это тебе слезы вдов и сирот спать не дают. Покайся!»

И сгинул. Испугался купец, осознал, в чем его вина, побежал домой, взял все свои деньги и собрал народ перед церковью. Там поклонился на четыре стороны, повинился и вернул деньги тем, на ком нажился. И тут случилось чудо: его колокол сам собою зазвенел ясно и радостно, будто били в него Божьи ангелы…

В отличие от официальных церковных сказаний вроде «жития святых», народные православные сказки не поддерживали неоспоримый авторитет церкви. Некоторые из них могли поучительно высмеять и нерадивых священников, а в XVII веке появились сказки, критикующие церковную реформу и верховную власть (сказания о «царе-Антихристе Петре»). В них выражался народный протест, и эти сказки были не менее эффективным оружием политической борьбы, чем нынешние скандальные статьи и репортажи в СМИ.

Увы, с наступлением эры «научного атеизма» и резким сокращением числа верующих, православные сказки практически исчезли. Новые почти нее создавались (хотя в 1920 – 30-е гг. появился цикл сказок о воздаянии Господа осквернителям храмов), а старые либо забывались, либо были уже неактуальны.

Вновь народный фольклор обратился к православной тематике в конце 1970-х, когда появилось несколько пересказываемых шепотом легенд о секретарях райкома, которые после удивительных приключений ушли в монастырь.