...вкладывая в слово «энкавэдэшник» всю ненависть к «проклятому тоталитарному прошлому».

(О том, чем занимаются славные потомки «энкаведистов» из СБУ и почему они это делают - читайте в материале «У нас героем может стать любой»).

Откуда есть пошла...

Подобная традиция напоминает тюремную, где говорить о «мусорах», как известно, можно либо в отрицательном ракурсе, либо никак. Интересно, уж не оттуда ли пришла в постсоветское общество неприязнь к людям в погонам?

Или, возможно, она родилась в эмигрантских общинах сумевших сбежать «национальных героев», для которых бойцы МГБ-НКВД, выкурившие их из схронов, на всю жизнь стали кровными врагами.

А возможно, ее крестным отцом стал доктор Геббельс, чье пропагандистское ведомство впервые использовало лубочное клише «кровавой комиссарской гэбни» для промывания мозгов оккупированного населения.

Интересно, что его материалами все еще пользуются отдельные историки и политики в качестве «доказательств преступлений сталинизма», навязывая обществу образ НКВД в виде банды сумасшедших садистов, в течение 30 лет забавляющейся уничтожением «миллионов невинных жертв».

Пытаться противоречить этому мнению - значит вызвать на себя целый шквал эмоциональных выкриков национал-патриотов, да и не только их одних, из которых «ганьба» будет самым невинным выражением. Но попытаться все же стоит, хотя бы из интереса отделив зерна от плевел в некоторых наиболее не выдерживающих никакой критики мифах...

Там и пожарные, там и милиция

В конце июля 1941 года бои в районе Брестской крепости начали стихать. У ее последних защитников закончились патроны, вода и силы. Но целый месяц они сражались в полном окружении, заслужив бесспорную славу героев.

Для некоторых, наверное, будет откровением тот факт, что в числе этих героев были и «энкавэдешники». Действительно, в состав окруженного гарнизона входили 17-й погранотряд и 132-й отдельный батальон конвойных войск - силовых ведомств, входивших в структуру НКВД.

Народный комиссариат внутренних дел был образован в первые же дни после Октябрьской революции (которую нынче модно звать переворотом). Спустя полтора месяца была создана Всероссийская Чрезвычайная Комиссия (ВЧК), впоследствии преобразованная в Государственное Политическое Упралвение (ГПУ, не путать с украинской Генпрокуратурой), а затем в управление госбезопасности (УГБ).

В течение последующих десятилетий их не раз сводили под одну крышу и снова разводили в разные управления, упраздняли и возрождали. Однако деление на (говоря условно) «чекистов» и «МВД» всегда сохранялось. И в новообразованном в 1934 году НКВД, объединившем в себе огромное количество структур, различали несколько основных управлений: госбезопасности, милиции, пограничной и внутренней охраны, пожарной охраны, исправительно-трудовых лагерей, плюс еще целый ряд отделов.

Поэтому, если вы говорите «энкавэдэшник», то сразу уточняйте, кого именно имеете в виду: пограничника, уличного регулировщика, паспортистку, тюремного надзирателя, разведчика, телохранителя или, может быть, пожарного?

И желательно при этом не хмурить в гневе брови и не кривить в презрении губы. Поскольку если даже вы испытываете непонятную неприязнь к работникам Главного управления госбезопасности (ГУГБ), то при чем тут брандмейстер, который тушил дом вашего дедушки, или милиционер, спасший от хулиганов вашу бабушку?

Для тех, кто по-прежнему не видит «большой разницы», хочется напомнить, что отец выдающегося борца с «тоталитарным прошлым» Виктора Ющенко служил в погранвойсках - по одной из версий его биографии (их Виктор Андреевич озвучил несколько. То есть был самым непосредственным «энкавэдэшником».

К слову, и сам Виктор Ющенко в молодости служил в ПВ КГБ СССР. Так что их семейные фотографии могут на полном основании украсить собою экспозицию «Музея советской оккупации», идею открытия которого украинский президент-пасечник привез из Грузии.

Но даже если взять работников ГУГБ, то вряд ли кто-то может предъявить претензии к сотрудникам внешней разведки, охраны руководства державы и уж тем более к шифровальному отделу.

Таким образом, круг тех, на кого возлагают вину за «сталинские репрессии», резко сузился, и в нем остались работники особого и политического отделов, следователи по особо важным делам, сотрудники управления лагерей и пресловутые «войска НКВД».

Насколько эта вина реальна? Давайте заглянем в лицо фактам.

НКВД, которого не было

Пожалуй, глупее выражения «войска НКВД» может быть только фраза «войска НКВД участвовали в организации голодомора». И тем более странно, что оба придуманы историками. Впрочем, уровень многих современных историков и без того вызывает смех.

Дело не только в том, что «войска НКВД» - понятие неопределенное и растяжимое. Что именно под ним имеют в виду - погранвойска, войска конвойной стражи, внутренние войска, фронтовые дивизии времен Великой Отечественной? Ситуация та же, как и со словом «энкавэдэшник» - налицо полное незнание предмета разговора. С таким же успехом можно называть всех жителей Индии «сипаями».

Так вот, когда какой-нибудь историк от сохи начинает рассказывать вам, что в 1932-33 году «войска НКВД» заполонили Украину, окружая голодающие села, можете смело вкладывать пальцы в рот и оглушительно свистеть. Потому что это несусветная чушь. И прежде всего потому, что тогда... не было никакого НКВД.

Действительно, достаточно заглянуть в хронологию истории наркомата - и увидеть, что в 1930 году он был расформирован. Руководство милицией передали Совнаркомам республик, а также органам госполитуправления. И только в 1934 году НКВД было восстановлено и слилось с ОГПУ. Для историков подобное незнание предмета непростительно!

Дальше еще интересней. В период 1932-33 года на весь огромный Советский Союз ОГПУ располагало лишь одной «свободной» дивизией, которую можно было бы без проблем куда-то перебросить. Это была дивизия Особого назначения им. Дзержинского.

Еще существовали пограничные войска, подчинявшиеся ОГПУ, и войска конвойной стражи, управление которых подчинялось Совнаркому СССР. Вот и все «карательные силы» на то время. Думается, что одной дивизии Дзержинского для блокирования территории от Винницы до Ставрополя было бы маловато.

Неужели снимали бойцов с пограничных постов и охраны зон, перебрасывая их в украинские и кубанские степи? А кто же остался на границе стрелять по «плотам с хлебом», которые, как писал Леонид Кучма, плыли из счастливой Польши в голодающую Украину?

Кто остался конвоировать и сторожить «миллионы раскулаченных и угнанных в Сибирь крестьян»? При том, что общее число всех союзных войск конвойной стражи тогда составляло немногим более 25 тысяч человек.

Очевидно, украинским историкам, работающим по теме «голодомора», нужно быть более точными и внимательными при составлении своих трудов.

В «ежовых рукавицах»

Теперь давайте сделаем несколько уточнений относительно роли НКВД во время т.н. массовых репрессий. Итак, воскрешенный год спустя после «голодомора» наркомат в 1936 году возглавил Николай Ежов, на время руководства которого и выпала эта весьма трагическая, но и весьма спорная страница истории.

С легкой подачи Александра Солженицына число «жертв сталинских репрессий» начали считать десятками миллионов. Подчеркнем - не всего арестованных, а именно убиенных. Некоторые пошли дальше, добравшись до отметки в 100 миллионов. Это при том, что население СССР в 1940 году составляло около 190 миллионов и имело положительные тенденции роста. К слову, в современной Украине оно уверенно сокращается без всяких репрессий.

Теперь обратимся к цифрам, которые дали историки, работавшие с документами, а не бравшие их с потолка литераторы. В частности, к работам В.Н.Земскова «ГУЛАГ. Историко-социологический аспект», В.Г.Тимофеева «Уголовно-исполнительная система России» и Игоря Пыхалова «Каковы масштабы сталинских репрессий?».

Итак, общее количество осужденных за «контрреволюционные» и другие преступления, попадающие под определения «особо опасные» (в том числе убийства и бандитизм), за период 1921-1953 годы составляет 4 060 306 человек. Из них было приговорено к высшей мере наказания 799 455 человек, в том числе 681 692 в период «большой чистки» 1937-38 года.

Это очень много. Но это не сорок миллионов. Искажение фактов в сторону гиперболизации может привести к совершенно обратному результату - увидев, что историк привирает число жертв трагедии, аудитория может решить, что и сама трагедия является выдумкой автора. Поэтому те, кто кричит о ста миллионах расстрелянных и замученных, по сути превращают серьезную и трагичную тему в фарс.

Желающие могут также найти в этих работах исчерпывающую информацию о числе заключенных (даже по национальному составу), о проценте политических заключенных и многое другое. И сделать собственные выводы.

(Окончание читайте здесь)