...политиков, которые надоели ему уже хуже горькой редьки.

Для Украины такой дежурной «зоной» является языковой вопрос. Он одинаково призывно звучит на обоих берегах Днепра и еще призывнее – по ту сторону от хутора Михайловского. Кровь в жилах общества сразу начинает бурлить, в глазах здоровый блеск, дыхание учащенное…

Раздражение чувствительной зоны на этот раз произошло особенно буднично, почти механически – без интриги и романтики. Что, впрочем, отнюдь не сказалось на результате: возбуждение нарастает.

Что?

14 апреля Национальный совет по телевидению и радиовещанию, долго не дававший о себе знать после скандала с закрытием «свободных голосов», принял пространное решение о соблюдении языкового законодательства в информпространстве. И решив, что языковое законодательство соблюдается из рук вон плохо, принял некие «Рекомендации по определению языка программ и передач в программных концепциях телерадиоорганизаций, которые ведут вещание на территории Украины или претендуют на получение лицензии».

Согласно этому документу, с 19 апреля телерадиоорганизации, которые вещают на всю территорию Украины или хотя бы большую ее часть, должны вещать на украинском языке. Поблажки Нацсовет решил подарить только региональным вещателям, да и то, если территория их распространения «этнически неоднородна», тогда в лицензии могут указывать и другие языки, но только лишь после специального решения все того же Нацсовета «с учетом данных последней переписи» и (!) «языковой ситуации в местном информационном пространстве».

Языковое законодательство Украины сурово, но его жесткость, как сказал бы классик, компенсируется необязательностью его соблюдения. В этой сфере за годы независимости успели нагородить столько документов, что в любой момент можно начать либо поголовную украинизацию, либо решительную борьбу с ней. Чем и воспользовался телерадиовещательный совет явно в расчете на какую-то реакцию.

Она, конечно, не задержалась. Первыми завозмущались удивленные лидеры телерынка, которые, по их словам, и так напрягаются, пытаясь одновременно удовлетворить и требования законодательства, желающего «лише українською», и вкусы читателей плюс рекламодателей, которые на удивление стойко предпочитают русский язык.

Затем, как и всегда при возбуждении «эрогенной» зоны, пошла цепная реакция. Пищу для тренировки красноречия получили депутаты российской Госдумы, обратившиеся 21 апреля к своим украинским коллегам, назвав упомянутое решение Нацсовета «попытками административного вытеснения или запрещения русского языка в Украине», которые «игнорируют сложившуюся традицию украинско-русского двуязычия, ущемляют права граждан самой Украины и заслуживают критической оценки со стороны ответственных украинских политиков».

Ответственные политики, разумеется, за ответом тоже в карман не полезли. МИД Украины традиционно «не разделил озабоченности» соседа языковым вопросом, указав, как всегда, на не существующие украинские школы, вузы и телеканалы в России.

По просьбе корреспондента From-UA прокомментировали эту тему и народные депутаты. Так, представитель «Нашей Украины» Юрий Костенко традиционно назвал реакцию Госдумы России вмешательством во внутренние дела Украины. «Это является наглядным свидетельством того, что все российские, так называемые, экономические союзы направлены на усиление своего влияния в Украине и на формирование пророссийской политики», – добавил Юрий Иванович, видимо, еще находившийся под впечатлением дискуссий о ЕЭП.

Его позицию не мог не разделить Александр Турчинов (БЮТ): «Мы же не выступаем с подобными заявлениями, хотя в России живут и татары, например. А вещания на татарском языке что-то не слышно».

Естественно, прямо противоположным было мнение коммунистов, позицию которых высказал Георгий Крючков: «Глупее, чем решение нашего Нацсовета, ничего и придумать нельзя. Иметь около 30% русскоязычного населения, среди которых немало украинцев, и запрещать русский язык на телевидении – это шовинизм, никаким другим словом подобное охарактеризовать нельзя».

Координатор центристов Степан Гавриш, естественно, попытался вывести некое среднее мнение: «Мы можем «внутри» критиковать нашу Нацраду за слишком жесткий и непродуманный подход, но должны поддержать «внешне».

Вопрос о русском языке в украинском телерадиопространстве фигурировал и во время визита в Киев российской парламентской делегации во главе с Борисом Грызловым, и в ходе встречи Леонида Кучмы с Владимиром Путиным в Крыму. А значит, волны возбуждения еще продолжают расходиться. Хотя вполне понятно, что реальных мотивов для очередного поднятия языковой темы не наблюдалось – языковой баланс сложился не вчера.

Кто?

Нацсовет по телевидению и радиовещанию – весьма влиятельный и независимый орган, который комплектуют на паритетных началах Президент и Верховная Рада. Поэтому разобраться, в чьих интересах сработали его члены, потеребившие чувствительную языковую зону, довольно сложно. Особенно по той причине, что резонансное решение было принято единогласно. Его поддержала как президентская четверка – Борис Холод, Виталий Лешик, Николай Фартушный, Виктор Павленко, так и парламентская, сформированная из компромиссных представителей различных политических сил. Так, Татьяна Лебедева и Владимир Манжосов были выдвинуты центристами, Виталий Шевченко – протеже «Нашей Украины», а Виктор Понедилко – выдвиженец Компартии. Складывается впечатление, что внутри Нацрады, несмотря на разную идейную запрограммированность ее членов, сложилась корпоративная солидарность…

Зачем?

Можно смоделировать целый ряд вариантов, как специально спровоцированное языковое возбуждение будет применено в прикладной политике.

Во-первых, Украина сделала шаг к дальнейшей интеграции с Россией. Чтобы слишком не расстраивать правую часть украинского политикума, которая нервно вздрагивает при каждом упоминании северного соседа, в качестве компенсации был предпринят демарш на языковом фронте. Мол, экономика экономикой, а святым не поступимся.

Во-вторых, языковой сигнал может быть обращен и в адрес Москвы – дескать, в ЕЭП то мы вступаем, но иллюзиями насчет такого уж «братства» тешить себя не надо. Киев и дальше будет в своих внутренних вопросах поступать самостоятельно, невзирая на окрики.

В-третьих, тема языка весьма полезна для всех без исключения основных игроков, уже втягивающихся в активную фазу президентских выборов. Пора подавать своему электорату в подкорку сигналы типа «Я – свой! Он – чужой!». Судя по составу наиболее значимых кандидатов, в 2004 году Украине снова не обойтись без системы координат «Запад – Восток», а языковой вопрос – одна из основных тестовых проверок в этом деле.

Наконец, в-четвертых, иногда кризис создается для того, чтобы его красиво разрешить. Прибыв в Крым для встречи с Владимиром Путиным, Леонид Кучма сразу же заявил журналистам, что решение Нацсовета по телевидению и радиовещанию «не соответствует Конституции, оно должно быть приведено в соответствие с действующей Конституцией. Я уверен, что так оно и будет». Столь нехитрые, но весьма эффектные шаги команда Леонида Даниловича уже научилась делать – оппоненты, которые увлеченно ломятся в открытую дверь, предстают в весьма неприглядном виде.

Главную мораль, которую можно вывести из всей этой истории,– обществу пора более спокойно относиться к языковой проблеме. В этой сфере не может быть быстрых перемен, тем паче инициированных какой-то инструкцией. Поэтому потуги политиков на этом фронте, уже слишком заметные, надо воспринимать именно как потуги.

А самим политикам неплохо бы варьировать «эрогенные» зоны. А то от частого употребления они тоже становятся нечувствительными…