...официальный представитель правительства Турецкой республики заявил, что его государство располагает и другими внешнеполитическими альтернативами, не уточнив, правда, какие именно. Публичный спор между Брюсселем и Анкарой имеет еще более долгую историю по сравнению с украинским случаем. Последним показателем стало свежее заявление председателя Еврокомиссии Жозе Мануэла Баррозу о том, что Турция пока не готова к вступлению в ЕС…

Козыри и преимущества

Гордый отказ турок от членства в европейской семье связан с тем, что в последние годы у них появились неплохие возможности стать лидером в Каспийском и Черноморском регионах.

Безусловно, самый мощный импульс для развития в новом направлении Турция получила в результате распада СССР и Союзной республики Югославия. Во времена «холодной войны» это было невозможно. К тому же турецкая поддержка Израиля и альянс с Вашингтоном крайне ухудшили отношения Турции со странами Ближнего Востока.

Первоначальная ориентация России на Запад привела к утрате бывшего советского политического, экономического, военного и информационного влияния в государствах Средней Азии и Закавказья. В данной ситуации Турция предложила бывшим советским республикам более привлекательную альтернативу, чем ослабленная Россия или радикальный Иран.

Растущее влияние Анкары на постсоветские тюркоязычные страны Средней Азии усиливалось ее этническим родством с народами региона: туркменами, узбеками, казахами, киргизами, каракалпаками, уйгурами, а также религиозной идентичностью. Турки, как и все коренные народы постсоветской Средней Азии, – сунниты наиболее умеренного ханифитского типа, в отличие от иранцев-шиитов.

Кроме того, сыграли свою роль и некая романтика по поводу цивилизованности Турции, а также потребность в сильном союзнике и устраивавшей всех модели модернизации – когда акцент делается на региональных экономических интересах, энергии частного капитала.

Сегодня турки стараются стать образцом для других мусульманских стран, выбравших, как и Турция, светский путь развития, играя роль «старшей сестры». Анкара недвусмысленно дает понять, что ее проамериканская ориентация может способствовать возможному лоббированию интересов соответствующего круга стран перед Западом.

Турция активно поддерживает новые независимые страны, предоставляя им торговые льготы и кредиты. Способствует росту влияния Турции и нынешняя занятость США и НАТО проблемами в Ираке, что развязывает руки турецким апологетам пантюркского направления. НАТО вынуждено соглашаться с растущей активностью Турции.

Кроме того, играет свою роль и географическое расположение страны: через Турцию проходят наиболее удобные транспортные пути в Средиземноморский и Ближневосточный регионы.

Все эти факторы привели к серьезному усилению Турции в регионе и выходе ее амбиций на новый, гораздо более масштабный уровень.

Стратегии и амбиции

Турецкие устремления на сегодня просты и незатейливы: восстановить в новой, современной форме былое могущество Османской империи, став политическим, экономическим, военным, культурным лидером в регионе. Турецкие аналитики строят свою стратегию на убежденности в том, что так называемые круги евразийской безопасности, которые включают в себя Центральную Европу, Балканы, регион Черного моря, Кавказ, Восточное Средиземноморье, Ближний Восток и Среднюю Азию, наслаиваются и пересекаются именно в районе Анатолийского полуострова.

Кроме того, по мнению турецких стратегов, особенное положение Турции по отношению к Европе, с одной стороны, и исламского Юга – с другой, создает особую геополитическую конфигурацию ее национальных интересов.

Краткосрочные приоритеты политики Турции состоят в сохранении стойкого и значительного преимущества, в том числе и военно-морского, над основным конкурентом – Грецией. Долгосрочные – популяризация в исламском мире идеи создания тюркского союза во главе с Турцией.

Анкара использует все возможности для расширения своего влияния в государствах, с которыми имеет культурные, языковые и религиозные связи, стараясь реализовать свои геополитические амбиции через ряд крупномасштабных и долгосрочных проектов.

Проекты и планы

Турция достигла заметных успехов в развитии оборонного потенциала. Оправдываясь наличием локальных конфликтов возле своих границ и угрозой терроризма, она планомерно наращивает свои военные возможности: увеличивает флот, обзаводится авианосцами, проводит ускоренную модернизацию Вооруженных сил.

Одной из ключевых инициатив Турции является создание Черноморской группы военно-морского сотрудничества (Blackseafor), созданное по образцу и подобию натовского средиземноморского STANAVFORMED. Официальные задачи этого образования, в которое кроме Турции входят Россия, Украина, Грузия, Румыния и Болгария, состоят в поддержке мира и стабильности в регионе. Действительно для Турции нестабильность на Балканах и Кавказе является источником ее собственной территориальной целостности, поскольку возникает угроза нелегальной миграции. А неофициально это еще один повод продемонстрировать военно-морское доминирование Анкары в Черноморском регионе.

В ближайшее время стоит ожидать перехода Blackseafor на постоянную основу. Кроме того, планируется ее объединение с Организацией Черноморского экономического сотрудничества (ОЧЭС). Кстати, организация, официальной целью которой декларируется развитие региональных экономических связей, кроме действительно экономических проектов имеет и несколько другую подоплеку. Не секрет, что созданием ОЧЭС Турция стремилась укрепить свои позиции в Закавказье и на Балканах, помогая Азербайджану и Албании, а также намеревалась посредством армяно-турецких дипломатических контактов вмешаться в карабахский конфликт.

Интересно, что на юго-восточную часть Турции, примыкающую к Сирии, Ираку и Ирану, не распространяется Договор об обычных Вооруженных силах в Европе, т.е. там можно содержать значительные военные силы. В связи с этим США и ФРГ планируют передать Турции бесплатно часть своих вооружений, которые дислоцированы в Европе и подлежат сокращению. Среди них – танки, тяжелая артиллерия, другое оружие.

Несмотря на все усилия турецких политических имиджмейкеров, Европа не воспринимает Турцию как свою неотъемлемую часть. В «объединенной» европейской семье к туркам относятся как к чужеродному, навязанному элементу, в отличие от той же Греции. Подобное положение усугубляется еще и неблаговидной ролью Турции в кипрской проблеме, жесткими мерами по отношению к курдам, особой позицией в Боснийском кризисе.

Как оказалось, членство Турции в НАТО отнюдь не гарантирует ее успешной евроинтеграции. Заявлению президента Соединенных Штатов Джорджа Буша о том, что Европа должна принять Турцию в Евросоюз, был дан немедленный резкий отпор со стороны президента Франции Жака Ширака.

Турок и казак

Интересы Анкары и Киева во многом совпадают: в решении проблем военной и экологической безопасности в регионе Черного моря, в его демилитаризации, а также в поиске баланса сил в новой геополитической ситуации, что сложилась в Причерноморье за последние годы.

Мотивы для сближения Украины с Турцией очевидны: необходимость обеспечения поставок энергоносителей как в Украину, так и через ее территориию, совместные экономические проекты в рамках ОЧЭС.

Турция поддерживала евроинтеграционные стремления Украины, делая особый упор на членстве Украины в НАТО. Впрочем, это вполне вписывается в турецкую стратегию смены ролей в Альянсе – Анкару уже давно не устраивает положение «форпоста» НАТО. Присоединение Украины к НАТО решило бы эту проблему и дало бы туркам повод стать «старшим» по региону.

Однако во внешне благополучном сотрудничестве Киева и Анкары есть и нешуточные подводные камни. Не секрет, что одной из жестких схем распространения американского влияния является провоцирование крупной национально-этнической группы в конкретной стране на государственнические амбиции – так называемый «Косовский синдром».

Требования национальной автономии становятся постоянным источником нестабильности, что в конечном результате приводит к расколу и ослаблению государства. В случае с Украиной в подобный сценарий идеально вписывается проблема крымских татар, среди которых, не без помощи извне, в последнее время действительно активизировались подобные настроения.

Не стоит забывать и о давних исторических претензиях Турции на Крым, и о масштабной поддержке Анкарой крымских татар, и о планомерном наращивании военной мощи Турции. Турки финансируют меджлис крымских татар, обеспечивают подготовку национальных кадров духовенства, строят новые дома в Крыму – в общем, создают слой бывших репатриантов, ориентированных в первую очередь на Турцию.

Угроза серьезных конфликтов в Крыму долгое время казалась призрачной и несерьезной. Но военно-политическая мощь Турции в регионе и ее честолюбивые геополитические амбиции рисуют в перспективе картину борьбы за влияние на узловом полуострове. И избежать тяжелых форм течения этой борьбы удастся только в том случае, если будет создан противовес потенциальной турецкой экспансии. Возможностей одной Украины для этого, увы, недостаточно…