...Подробности были еще более шокирующими: к первому лицу донецкого бизнеса приехало порядка 80 сотрудников милиции, да еще и с БТРом.

Ничего серьезного за этим не последовало, кроме явного конфуза правоохранителей. На следующий день министр внутренних дел Юрий Луценко признал чрезмерными действия милиции во время обыска. Дескать, правда на стороне милиции, но не стоит без надобности «играть мускулами».

Хотя, скажем прямо, моду устраивать из каждого следственного действия пиар-акцию ввел не кто иной, как сам министр-шоумен. Но тут его подчиненные, видимо, слишком уж вылезли из кожи. Получилось смешно.

Тому, что министр внутренних дел Луценко не знал о предстоящем использовании БТРа для проникновения в одну из контор Ахметова, могут верить только люди, привыкшие верить вообще всему.

Акция была спланирована. В планировании участвовали специалисты по политической рекламе («пиарщики»), в ней было предусмотрено и порицание, которое должен был объявить своим донецким подчинённым министр внутренних дел. Последнее призвано унизить поверженного «олигарха», «опустить» его в глазах общественности, особенно донецкой.

Вся акция была акцией устрашения. Сама же она явилась звеном в цепи, посредством которой Украину пытаются втянуть в новый исторический этап.
Становятся всё более ясными очертания стратегии нынешнего украинского руководства. Ключ к ней дал сам же господин Луценко, который вскользь сообщил в одном из своих выступлений, что вместе с Президентом отдаёт себе отчёт, как мало у них времени для осуществления задуманного.

В рамках этой стратегии проводились и такие акции, как задержание Колесникова, Ризака и других лиц, бывших опорой прежнего режима или просто процветавших при нём. Сюда же входят и странные с виду «повестки», посылаемые через СМИ известным «кучмистам». Тут же, разумеется, и «посадка» Кушнарёва, обставленная по сценарию всё тех же «пиарщиков». Это – одна из психических атак на… Ошибётся тот, кто скажет: на оппозицию - и здесь поставит точку. Ошибётся и тот, кто скажет вслед за казённым пропагандистом, что упомянутая стратегия ставит своей целью очищение страны от «кучмизма».

Цель этой стратегии – пресечь процесс эмансипации украинского предпринимательского класса. Хотят лишить бизнес той, пусть далеко не полной, далеко не современной, свободы, какой он пользовался при Кучме в рамках негласного исторического компромисса власти и делового мира. Хотят подчинить больших и малых «олигархов» группе высшего чиновничества, желающего получить свою долю в начавшемся переделе собственности.

Цель этой стратегии – пресечь процесс эмансипации не только предпринимательского класса, но всего украинского общества.

Пора назвать вещи своими именами. Ющенко пытается повторить путь Путина (да простится невольная тавтология). Ющенко (или Ющенко-Тимошенко) избрал российскую модель.

БТР перед одной из контор Ахметова – то же, что арест Ходорковского. В известном смысле это событие более значительное, чем арест Ходорковского, хотя самый богатый человек Украины пока на свободе. За Ходорковским не стоял никакой регион России. Ахметов же – фактический хозяин самого мощного из украинских регионов. «Наездом» на Ахметова решается двуединая задача: лишить самостоятельности не только украинский бизнес, но и украинские регионы, украинские земли (в немецком понимании слова «земля»).

Это такой важный выбор, что он заслуживает самого серьёзного отношения и рассмотрения.

Этот выбор сделан явочным порядком. С Майданом не советовались. Майдан не собираются посвящать в суть и подробности грандиозного и зловещего замысла.

Новую историческую стратегию решили осуществлять под прикрытием демагогии в духе операций «чистые руки». В действительности это операция прикрытия. Она призвана прикрыть обман более глубокий и содержательный, чем думает рядовой «майданщик».

Осуществление российской модели требует неототалитаризма, то есть одного центра власти, которому подчинялись бы все части общественного организма. Никакой свободы СМИ, никакой политической или иной самодеятельности, никакого стихийного партийного строительства. Всё – только по команде или с согласия этого единого центра власти.

Ирония судьбы, кстати, в том, что первыми жертвами российского курса в Украине падают лица и силы, которые до сих пор считаются пророссийскими и скорее соглашаются с этим ярлыком, чем открещиваются от него. Жизнь так повернулась, что люди, которые одобряли послеельцинский курс Кремля, должны теперь, по меньшей мере, констатировать, что этот курс в украинском исполнении – отнюдь не то, о чём они всю жизнь мечтали.

Правда, украинский коллективный Путин столкнулся с трудностями, каких не знал московский Путин. Открытое сопротивление бизнеса. Открытое сопротивление значительной части личного состава прежнего режима. Открытое сопротивление средств массовой информации.

Наконец, открытое сопротивление в самом Главном Штабе победившей революции. Это сопротивление проявляется в своеобразных формах. Министры, например, не внемлют призывам Президента прекратить «собачиться» на людях, выступают с разоблачениями друг друга, открыто апеллируют к Майдану и обещаниям, которые там давались. По существу, это не что иное, как сопротивление украинскому «путинизму».

Однако вместе с тем украинский процесс «разолигархизации» - это лишь убогая пародия российского, копирование методики при прямо противоположных целях и задачах.

Кремль и его актив, в общем, открыто, даже демонстративно пренебрегают беспокойством Запада. Нападки Запада Россия использует для сплочения нации, для осуществления фантастического замысла опять противопоставить Россию всему миру, заявить себя не просто отдельной цивилизацией, а опять второй сверхсилой на планете.

Украинский же новый режим (во всяком случае, пока) боится западной критики как огня. Он рвётся на Запад, от которого зависит персонально, и прячет голову в песок от вопроса: что ты будешь делать, когда твоя стратегия неототалитаризма проявится во всей своей красе и будет замечена даже в европейских столицах? Россия плюёт на Европу, а Украина в неё просится.

В отличие от России, в Украине расколото – и расколото непреодолимо! – высшее руководство. Юлия Тимошенко борется не за принятие своей программы реформирования страны. Таковой программы нет ни у неё, ни у её соперника. «Оранжевая принцесса» хочет стать королевой. Она борется за личную безраздельную власть над этой страной. Она хочет подчинить страну со всеми её потрохами не государству как таковому, а себе лично. Ведущаяся ею рекламная кампания не оставляет никаких сомнений в этом.

Когда это всё окинешь даже беглым взглядом, становятся понятными слова министра внутренних дел Луценко, что у него с Ющенко мало времени.