...из империи бежали, как с фронта, бросая оружие и амуницию, сжигая знамена и память о прошлом. Всем хотелось в обывательский рай – туда, где много-много докторской колбасы, которой не надо делиться с «москалем», джинсов, зажигалок и подержанных автомобилей из-под задов германских бюргеров.

От великой имперской судьбы смывались «у рідну хату» і «неосяжні лани», где «якщо ніхто не буде нас чіпати, то й ми нікого не зачепимо». Если воспользоваться образами комедии Александра Корнейчука «В степях Украины», то можно сказать, что из колхоза «Вперед до перемоги комунізму» идейного председателя Часныка украинцам захотелось в агрофирму «Тихе життя» незабвенного Галушки. А заодно – поискать золото гетмана Полуботка. Была, если помните, в эпоху раннего Кравчука и такая национальная разновидность общечеловеческой мании обогащения.

С тех пор мало что изменилось. Нации стало меньше на пять миллионов. Следовательно, колбасы на каждого «свідомого українця» больше. Но ни идейности, ни надежд на будущее не прибавилось. И ведь что удивительно – при коммунистической тирании плодились, вопреки всему, а от комфорта и свободы стали вымирать!

В этом нет ничего странного. У каждого народа своя карма. Наша карма – пародия. Это в Англии «Гамлет» Шекспира. У нас – обматеренный «Гамлет» с ударением на «е» Леся Подервьянского. Это на Западе герой – тот, кто больше всех убил врагов и драконов. Какой-нибудь мушкетер или рыцарь Круглого Стола. У нас героем будут непременно считать неудачника, случайно попавшего дракону под коготь. Если не верите, загляните в националистический пантеон. Петлюра, Бандера, Шухевич – никто из них не умер своей смертью.

Вся историческая бутафория – с чужого плеча. Форма сечевых стрельцов – заношенная до дыр австрийская. Желто-синий флаг – из перенесенных на ткань цветов польского герба Галичины. Идеология – спародированная провинциальным адвокатом Мыколой Михновским официальная формула московских консерваторов о «единой и неделимой России».

Чуть больше столетия назад в брошюре «Самостійна Україна» на скорую руку набросал он те идеи, которые надолго предопределили пафос национального движения: «Українська інтелігенція стає до боротьби кривавої і безпощадної. Вона вірить у сили свої і вона виповнить свій обов’язок. Вона виписує на своєму прапорі ці слова: «Одна, єдина, нероздільна, вільна, самостійна Україна від Карпатів аж по Кавказ».

Легко заметить, что Михновский, как ребенок в кружке «Умелые руки», собирался строить модель той же Российской империи – только в уменьшенном масштабе. Не от германской границы до Тихого океана, а от «Сяну до Дону», как отлилось это в смешную геополитическую претензию уже во времена УНР.

Шире этих двух речек, первая из которых совсем уж карликовая, отцы нации не мыслили. И что любопытно, на границы их так и не вышли! Как ни старались! Даже при внуках. Одно утешение, что исток этого самого Сяна – коротенький, как хвостик – благодаря сталинским послевоенным «нарезкам», отошел к нашему Закарпатью, а все остальное – так и течет в Польше. Но ни до Дона, ни, тем более, до Кавказа не добрались! Ни сил, ни фантазии не хватило!

С тех пор украинская геополитическая мысль находится в полном застое. Никто не посмел ни оспорить Михновского, ни придать его построениям более впечатляющий размах. Избавившись от одного «старшего брата», Украина тут же стала искать себе другого. Такое впечатление, что мы не можем жить без Союза – если не Советского, то Европейского. Любой другой нации, стартовавшей в 1991-м году с пятисоттысячной армией, атомным оружием и ракетной промышленностью, хватило бы сил для независимости и самодостаточности. Но не нам!

Наши «можновладці» предпочли разоружиться и пойти на поклон к США. Ядерный потенциал сдали, арсеналы распродали, армию превратили в вооруженную охрану для транспортировки натовских грузов и полицейские формирования для защиты интересов той же Америки в горячих точках. Воистину у страха глаза велики. Украинские генералы боятся всего. Мы ищем каких-то механизмов «коллективной безопасности» в ситуации, когда у нас даже нет вероятного противника!

Только в больном мозгу может родиться мысль, что Украину кто-то попытается завоевать в обозримом будущем. Российская Федерация, заинтересованная лишь в беспрепятственном транзите через наши степи своих нефти и газа, способна решиться разве что на торговую молочно-сырную «войну», если к подобным бюрократическим прениям корректно применять этот термин даже в переносном смысле. Белоруссия и Молдова вообще не имеют никаких территориальных претензий к Киеву. Но на полном серьезе люди, выдающие себя за политологов и аналитиков, отмывая заокеанские гранты, запугивают народ кошмарными образами «бацьки» Лукашенко и кремлевских ястребов, якобы заносящих над Украиной боевые балалайки для смертельно удара. Скрытая мировая война ведется не на полях сражений, а в головах. То и дело нашему обществу подбрасываются новые и новые угнетающие психику видения, не дающие ему расправить плечи и определиться с ориентирами для развития.

Любому незаангажированному человеку ясно, что подлинной опасностью для страны является отсутствие цели. Нация не может жить только ради удовлетворения инстинктов. Человека от животного отличает то качество, которое психологи называют самоактуализацией. Нам свойственно намечать рубежи и достигать их. Напряжение, в котором в лучшие времена жил СССР, было осмысленным. Боролись с неграмотностью и побеждали ее. От национальной сборной почти в любом виде спорта требовали исключительно побед. Запустить человека в космос стремились раньше американцев и успешно опередили их. От военной техники ждали только конкурентоспособности и ничего больше. От полководцев – побед, а не первенства в распродаже военной техники с постройкой дач на вырученные деньги силами солдат срочной службы. На любой удар готовились отвечать ударом. Разве в этом было что-то плохое? Разве Соединенные Штаты сейчас отказались от подобных требований к себе, часто граничащих с самоистязанием?

Показательно, насколько убог уровень политических дискуссий в стране. Что нас вынуждают обсуждать люди, называющие себя элитой общества? То, в каких конфигурациях сложится правящая коалиция? То, как долго она просуществует? То, кто станет премьером и насколько выгодно или не выгодно им сейчас стать, учитывая, что осенью придется возлагать на кого-то ответственность за прогрессирующий экономический спад? Да все это мышиная возня! И если она что-то доказывает, так только то, что власть в Украине – по-прежнему цель, а не средство.

Наверное, Петр Великий мог вести по-своему интересную жизнь, ограничившись только подавлением стрелецких бунтов, пьянками на Всешутейшем соборе и маневрами потешных полков. В современной ему Европе было достаточно правителей, которые коптили небо подобным образом. Но он выбрал подвиг и самопожертвование. Он не требовал от других ничего, что не делал сам. Поэтому результатом его деятельности стала великая страна.

В конституции современной Украины есть статья, утверждающая, что никакая идеология в нашей стране не является обязательной. Но это не означает, что идеология должна отсутствовать вообще. Иначе мы станем жертвами чужих идеологических миражей. Пойдем на раствор для общественных зданий, которые планируют построить другие.

Последние выборы показали, что коммунистическая идея и ее пародийное отражение в виде классического украинского национализма доживают последние дни. Партии, ставившие на архаические идеологемы начала прошлого века, или потерпели полное поражение, как Блок Костенко-Плюща и «Свобода Тягныбока», или с трудом прошли барьер в Верховную Раду, как Симоненко и его команда ветеранов.

Те же выборы продемонстрировали, что избиратель разделил свои симпатии, исходя из культурных предпочтений. Геополитическая ось между западноевропейской и православно-восточнославянской цивилизациями отчетливо пролегла через Украину. Но она не так трагична, как кажется на первый взгляд. Ведь двух более близких цивилизаций в мире трудно найти. Тот факт, что западные и восточные украинцы, несмотря на все различия, уживаются вместе, свидетельствует, что подобное межцивилизационное противоречие преодолимо.

Украина не имеет права растворяться ни в Европе, ни в России. Она ни в коем случае не должна связывать себя участием в любых военных блоках. Войны не предвидится. Совать голову в бюрократическую удавку Брюсселя или Москвы не имеет смысла. Уникальное расположение страны как крупнейшего транзитного государства дает основание полагать, что мы – та новая пробка, которая способна в любую минуту закупорить старую бочку Евразии.

Только самодостаточное евразийство – его украинский, «укразийский» вариант – должно стать нашей новой национальной идеологией. Мы должны подать миру пример геополитической эквилибристики, проскальзывая по лезвию ножа над пропастью и оставаясь неуязвимыми. Это наш единственный шанс, чтобы из пещеры национализма вырваться в тоннель будущего.