…исполнители «воли государевой», готовые не только воплотить идею в жизнь, но еще и увеличить ее масштаб. Последствия подобной исполнительности приходится порой разгребать годами.

Скажем, в понедельник, 19 марта, украинский Президент Виктор Ющенко заявил, что будет добиваться от Верховной Рады принятия закона, который введет уголовную ответственность за отрицание факта геноцидов во время Голодомора 1932-33 гг. и Холокоста. Или другая его идея, которую он высказал, побывав в Грузии, – открыть в Украине Музей советской оккупации. Эта мысль пришла в голову Виктору Андреевичу во время посещения одноименного музея в Тбилиси.

Грузинский пример заразителен

Его грузинский коллега Михаил Саакашвили рассказал, что музей открылся 26 мая 2006 года – в День Независимости Грузии. При этом президент Грузии подчеркнул, что «это музей советской оккупации, а не российской».

После такой оговорки невольно вспоминается недавняя история с принятием в Украине закона о Голодоморе в 1932-1933 годы. Инициаторы этого законопроекта непременно желали видеть в тексте термин «геноцид украинского народа». Хотя уверяли всех, что они не имеют в виду Россию или вообще какой-либо народ как творцов геноцида. Не обращая при этом внимания на тот факт, что понятие «геноцид» как раз и подразумевает гонения одним народом – нацией – государством людей другой народности – национальности – вероисповедания и т.д. К примеру, признанный всем мировым сообществом Холокост – геноцид, осуществлявшийся гитлеровской Германией по отношению к евреям.

Такая же юридическая казуистика заложена и в идее назвать страну оккупированной, не давая точного и понятного ответа на вопрос – а кто же, собственно, оккупанты. Если же посчитать, что Грузию или Украину оккупировал СССР, то для Грузии оккупантами являлись и Россия, и Украина, и вообще большинство республик бывшего Советского Союза. А Украину, выходит, оккупировали как Россия, так и Грузия – тем более, что столицей СССР была теперешняя столица РФ Москва, а одиозным главой советской империи являлся долгое время грузин Иосиф Сталин.

Однако не только юридическая некорректность формулировок вызовет (несомненно) массу протестов украинской общественности в связи с инициативой Ющенко о музее «советской оккупации». Намного больше возмутит украинцев сама попытка Президента в очередной раз «перекрутить» историю государства в угоду националистическим кругам.

О том же, что данная инициатива исходит именно от русофобов, можно судить по появившимся во многих СМИ – сразу после скандального заявления Президента – комментариям политиков националистического толка. Они усердно принялись подводить теоретическое обоснование гипотезы о «советской оккупации» Украины с 1918 по 1991 год. Дескать, в декабре 1917 года Ленин выдвинул Грушевскому ультиматум. А в январе 1918 из России на Украинскую Народную Республику двинулась бригада Муравьева и в марте захватила Киев. Факт «оккупации», таким образом, налицо.

О чем думали в 1917 году украинцы

Такому упрощенному толкованию исторических фактов возразят многие историки. И приведут большое количество аргументов против выводов об оккупации Украины Россией. Предлагаем вспомнить события, происходившие в те годы.


Итак, в Украине после февральской революции 1917 года была создана Центральная Рада. 23 июня в Украине был оглашен первый Универсал. В нем обвинялось Временное Правительство в нежелании пойти навстречу стремлениям Украины в автономии и говорилось, что оно «оттолкнуло протянутую руку украинского народа». Одновременно подчеркивалось, что Украина «не отделяется от всей России и не разрывает с Державой Российской». В том же – 1917 году – был еще второй и третий (провозгласивший УНР) Универсалы, в которых также декларировалось желание быть вместе с Россией. И только в четвертом Универсале (январь 1918 года) было заявлено о желании строить независимую Украину.

Еще меньше заботила тогда идея независимости или автономности от России простой украинский люд. Украинцы охотнее поддавались на коммунистическую пропаганду. Большевики быстро и неуклонно покоряли Украину. В конце декабря 1917 года в Харькове они выбрали «Всеукраинский Центральный Исполнительный Комитет Советов», который объявил, что он берет в руки всю власть в Украине.

Таким образом, в стране функционировало уже два правительства. Харьковское быстро и ловко захватывало власть в губернских и уездных городах – путем чисто внутренних переворотов и провозглашения советской власти. К концу декабря Харьков, Чернигов, Полтава уже были в большевистских руках, а в начале января 1918 года была провозглашена советская власть в Екатеринославе (Днепропетровске) и на всей Екатеринославщине и Херсонщине.

А вот Центральная Рада не пользовалась авторитетом у населения ни в Киеве, ни, тем более, в регионах. В Украине при ее правлении (председатель Рады – Грушевский, глава правительства – Винниченко) наблюдался полный беспорядок. Кстати, о Грушевском. Вот что пишет о нем известный историк А. Дикий: «Сначала пошел на поводу у социалистического большинства Центральной Рады, потом оформил свое вступление в партию украинских социалистов-революционеров, а закончил, как известно, покаянием перед большевиками и переходом к ним на службу».

Поэтому-то малочисленный (5-6 тыс. человек) и плохо вооруженный отряд Муравьева практически беспрепятственно дошел до Киева. В то время как украинцев «с ружьем» на начало 1918 года было около 2 миллионов человек. Недолгая задержка под Крутами была вызвана не активностью сопротивления нескольких сотен юнкеров и студентов (преданных офицерами), а лишь повреждением железнодорожного полотна. Уже 9 февраля 1918 года Киев был взят большевиками, а 1 марта – немцами, по просьбе Центральной Рады.

В связи с вышеизложенным возникает естественный вопрос: так о какой российской оккупации Украины в начале 1918 года может идти речь? Если значительная часть Украины уже была под властью советов? А малочисленная бригада Муравьева, направленная лишь с целью разогнать Центральную Раду, а не захвата Украины, практически не встретила никакого сопротивления в Киеве?

Противилась большевикам только небольшая кучка столичных политиков, а не народ Украины. К тому же в отряде Муравьева было немало и украинцев.

«Щедрые оккупанты» жили хуже украинцев

Если же рассматривать как «советскую оккупацию» периоды уже после гражданской войны и создания СССР, то возражений против такого термина будет еще больше.

Каждому понятно, что народ страны-оккупанта должен иметь, как минимум, привилегированное положение по сравнению с жителями оккупированных территорий. А что происходило в СССР?

Еще до Второй мировой войны в Украине начался резкий подъем народного хозяйства. Быстрыми темпами и усилиями всего государства возводились мощные промышленные объекты – вспомним Харьковский тракторный завод, Днепрогэс и т.п.

После войны многие выходцы из Украины занимали наивысшие государственные и партийные должности в СССР. Украина быстро отстроилась и стала развивать свой промышленный, аграрный и научный потенциал.

Никакой дискриминации украинцев не наблюдалось – по сравнению с другими народами Советского Союза. Мало того, жители Украины имели даже весьма ощутимые преимущества. Сейчас часто вспоминают дешевую колбасу 80-х (по 2,20 и по 2,80). Так вот, эта колбаса действительно была тогда доступна в Украине. В Москве и Ленинграде, конечно, тоже. Но на большей части России люди не видели ее на прилавках – начиная от крупных городов по черте Волга – Кама (Астрахань, Волгоград, Саратов, Пермь) и на восток страны. Также на этих территориях население не имело в своем рационе питания многих других видов продукции, в частности, овощей и фруктов – в отличие от украинцев.

О нелепости рассуждений об «оккупации» Украины можно еще много говорить. Добавим лишь еще два весьма ярких штриха. О том, как один из главных «оккупантов» – Никита Хрущев – росчерком пера подарил «угнетаемой» Украине полуостров Крым – с его курортами, санаториями и Массандрой. И о том, что ВВП Украины и реальные доходы украинцев сейчас – после 15 лет независимости – еще не достигли уровня 1990 года.

Да, коммунистический режим принес много вреда. Но это касается не исключительно Украины и украинцев, а всех народов и республик СССР.

Для чего Ющенко Музей советской оккупации Украины?

На этот вопрос можно найти ответ, если посмотреть на сегодняшний рейтинг Виктора Андреевича в Украине. Исследования социологов говорят о том, что Президента поддерживают сейчас не больше 8-10% украинцев. Причем если раньше у него было совсем немного сторонников на востоке и юге страны, то затем от Ющенко (и его партии НСНУ) стали отворачиваться жители центра и даже запада Украины.

Виктор Ющенко с его советниками активно разыгрывают в последнее время националистическую карту, чтобы не растерять хотя бы остатки электората Западной и частично Центральной Украины. А тамошнее население все больше симпатизирует БЮТ с его харизматическим лидером.

По этой причине столь рьяно «продавливался» в конце прошлого года Президентом и закон о Голодоморе. Главная идея которого изначально заключалась в том, что врагом украинцев была Москва. С этой же целью проводятся и пышные церемонии в связи с годовщинами боя под Крутами (27 января), являющегося на самом деле позорной страницей украинской истории.

Естественно, «регионалы» и коммунисты не поддержали в Верховной Раде закон о признании Голодомора геноцидом. Его принятие стало возможным благодаря неожиданной поддержке Александра Мороза и СПУ, которые и разделили лавры законодательной победы с Президентом, «Нашей Украиной» и БЮТ.

В вопросе же «советской оккупации» Украины, сторонниками Виктора Ющенко и НСНУ вряд ли станут и СПУ, и БЮТ, и даже значительная часть фракции «НУ». Поэтому можно смело сказать, что через украинский парламент идея музея советской оккупации не пройдет.

Возможно, Президент и НСНУ и вернут себе малую часть потерянного электората, благодаря отстаиванию такой инициативы. Но одновременно это может значительно увеличить идейный раскол народа Украины по берегам Днепра. Ну и не будет ничего удивительного в том, что в случае принятия такого провокационного решения, скажем, президентским указом, Россия сразу же объявит о повышении цены на газ для Украины до, скажем, $230 (сейчас $130) – как для той же Грузии. Неужели все это непонятно Президенту? Или для него это не имеет теперь весомого значения?..