…понимать, что до них хотят донести взрослые дяди и тети, но в то же время они еще недостаточно развиты для того, чтобы подвергать критической оценке эту информацию.

Об этом прекрасно знал «отец народов» Иосиф Сталин, когда в 1938 году давал добро на выход в свет (под собственной тщательнейшей редакцией) книги «История ВКП (б). Краткий курс», которая на долгие десятилетия стала стандартом для курса школьной истории в СССР, особенно для первого «стабильного» советского школьного учебника по истории, вышедшего в 1940 году.

В нем Сталин изображался как безупречный революционер, как выдающийся организатор и руководитель борющихся трудящихся масс, как последовательный большевистский вождь, который совместно с Лениным создал большевистскую партию, разрабатывал ее теоретические основы, ковал «железную гвардию большевиков», стоял у истоков большевистской газеты «Правда», руководил Октябрьской революцией 1917 г. и сыграл выдающуюся роль в гражданской войне.

В соответствии с насаждаемой концепцией «двух вождей», Сталин во всех революционных делах всегда был вместе с Лениным, его роль трактовалась как равновеликая Ленину. Став после смерти Ленина единственным вождем, Сталин, согласно интерпретации учебника, очистил партию от всех враждебных большевизму сил («троцкистов», «зиновьевцев», «бухаринцев» и др.), возглавил дело индустриализации и создания колхозного строя, обеспечил успех «культурной революции» и тем самым привел страну к торжеству социализма, невиданной мощи и величию, а советский народ - к благосостоянию и счастливой жизни. Кстати, далеко не последнюю роль в таком подходе Сталина к школьной науке сыграл пример Германии, где пришедший к власти национал-социализм быстро и успешно насаждал свои идеи через преподавание истории. Об эффективности нацистского опыта писал в 1934 г. советский журнал «Борьба классов».

По большому счету, подобной галиматьей советских школьников пичкали вплоть до развала СССР в 1991-м году (правда, с середины 50-х гг., после смерти вождя, откровенно сталинская интерпретация истории страны в ХХ веке была заменена неосталинистской трактовкой, в которой, тем не менее, в основном сохранилась прежняя схема изложения), и только с обретением независимости наши дети перестали зазубривать тошнотворные пассажи о первостепенной и решающей роли партии и лично товарищей … (менялось в зависимости от ситуации) в деле построения счастливого советского общества.

Тем более удивительно читать в XXI веке, на 14-м году независимости и менее чем за месяц до начала нового учебного года, такие строки: «Його (Ющенко. – авт.) перемога — це перемога всього українського народу, що хоче жити заможним і щасливим життям». Нет, это не цитата из предвыборной листовки Виктора Андреевича Ющенко и не пламенная революционная речь какого-нибудь «полевого командира» с трибуны Майдана (хотя, согласитесь, очень похоже) – это отрывок из официального учебника по истории для 5-х классов «Вступ до історії України», который выпустило издательства «Генеза», выиграв тендер (!), объявленный Министерством образования и науки Украины.

В этом новом учебнике есть целый раздел, посвященный «оранжевой революции». И фразочки вроде «Прихильники Ющенка... перетворили Майдан на сонячне помаранчеве диво» там встречаются сплошь и рядом. Сильно напоминает агитационный листок, правда? Тем не менее, авторы этого образовательного шедевра считают, что в их книгах нет политики, и именно поэтому Минобразования предпочло их творение всем остальным.

«Этот курс охватывает весь период истории: от древних времен по сегодняшний день, - заявила в интервью газете «Сегодня» заместитель главного редактора издательства «Генеза» Елена Радзивилл. – Последний раздел называется «Україна сучасна», где есть все, начиная с первого президента, независимости, принятия Конституции и заканчивая последними выборами. А поскольку «оранжевая революция» имеет к ним непосредственное отношение, упустить из вида мы ее не могли. Описана и вся коллизия выборов, поэтому не вспомнить имена многих политиков просто невозможно. Указаны и фамилии главных кандидатов, прошедших во втором туре, и Юлия Тимошенко как глава нового правительства. Что же касается объективности, то автор, конечно же, к ней стремился. Но события совсем свежие, а это, как вы сами понимаете, мешает».

Понимаем, конечно, как тут не понять. Нерадивому танцору всегда что-нибудь мешает. В данном случае свежесть восприятия событий помешала авторам учебника подумать, как будет восприниматься их творение в тех регионах Украины, которые, волею судеб, не были похожи на «сонячне помаранчеве диво». Ведь, как мы все прекрасно помним, далеко не все регионы поддерживали Виктора Андреевича, и не вся Украина проголосовала единогласно за одного кандидата. И как будут воспринимать донецкие/харьковские/николаевские/крымские пятиклассники написанное в учебнике, если они своими глазами наблюдали совершенно противоположную картину?

Впрочем, даже в лояльных к нынешней власти регионах идею изучения в школах «оранжевых» событий восприняли без энтузиазма. Так, например, прикарпатцы считают преждевременным изучение на уроках истории в общеобразовательных школах событий «оранжевой революции». Об этом почти единодушно заявили опрошенные Центром социальных исследований ученики ивано-франковских школ, а также их родители.

Жители Прикарпатья считают, что история еще не дала своей оценки этому событию, поскольку для этого прошел слишком малый исторический промежуток времени. «Я думаю, что еще очень рано изучать такую сложную историческую тему. Это нужно делать где-то через лет 10-15», - говорит Марко, ученик пятого класса одной из ивано-франковских общеобразовательных школ.

Вообще, в цивилизованных западных странах (а мы ведь все еще стремимся в Европу?) не принято заталкивать в школьный курс истории события последних ста лет, поскольку там это считается всего лишь политикой. Во Франции после Второй мировой войны, когда в 1944–1947 годах в стране вовсю шли преследования пособников фашистов, Министерство национального образования ограничило изучение новейшей истории Франции первым сентября 1939 года – днем начала Второй мировой войны. А все остальное отнесло к «политике» и изгнало из средних общеобразовательных и специальных школ.

Кстати, и позднее в школьных программах Франции еще долго существовал мораторий на изучение «текущей современности», хотя каждое послевоенное десятилетие к французской отечественной истории «прирезались» очередные исторические разделы. Может, это как раз тот случай, когда стоит позаимствовать чужой опыт, тем более что французское Просвещение – колыбель современной педагогики?